ЦАПЛЯ И… ЕЩЁ ОДНА ЦАПЛЯ

Цапля в одиночестве стояла у кромки воды и вслух размышляла о своей невероятной красоте. А красоты она была действительно невероятной, но дело не в этом. Дело в том, что ей явно не хватало собеседника, который мог бы с ней согласиться. Впрочем, совсем неожиданно услышала она голос, показавшийся ей знакомым, и голос этот произнёс:

– Да‑а‑а… таких грациозных птиц, как мы с Вами, на свете и правда раз‑два и обчёлся.

– Мы с Вами? – переспросила Цапля обиженно.

Оно и понятно, что обиженно: Цапле совсем не понравилось, что кто‑то ещё  так же невероятно красив, как она.

Оглядевшись вокруг, Цапля поняла, чей это голос. Из воды на неё смотрело её отражение. Облегченно вздохнув, Цапля сказала:

– Что касается Вас, то Вы вообще не птица.

– То есть… как это? – обмерла Цапля‑на‑Поверхности‑Воды.

– Да так, – беспечно прозвучало в ответ. – Вот если взять меня, то я – птица. Я существую на самом деле. А Вы только отражаетесь от меня.

Цапля‑на‑Поверхности‑Воды осторожно переступила с ноги на ногу и задумалась. Через некоторое время она сказала:

– Кто из нас от кого отражается – это ещё надо доказать.

– Доказать? – Цапля‑у‑Кромки‑Воды даже взъерошилась от возмущения. – Тут и доказывать нечего! У меня всё натуральное – и клюв, и перья, и… всё! А у Вас всё отражённое.

– Это никакое не доказательство, – сухо заметила Цапля‑на‑Поверхности‑Воды. – Я тоже могу сказать: у меня всё натуральное – и клюв, и перья, и… всё, а у Вас – отражённое!

Цапля‑у‑Кромки‑Воды опешила. Она внимательно осмотрела себя, приосанилась и с презрением произнесла:

– Не вижу смысла в этом разговоре. Подумайте, что с Вами случится, если я возьму да и улечу отсюда!

– Со мной ничего плохого не случится! – заверила её Цапля‑на‑Поверхности‑Воды. – Постою‑постою здесь да и тоже улечу отсюда. Или вот…

– Никуда Вы без меня не улетите! – перебила её Цапля‑у‑Кромки‑Воды. – Вы просто пропадёте из виду. Исчезнете, понятно?

– Да как Вы можете такое говорить? – возмутилась Цапля‑на‑Поверхности‑Воды. – Если Вы улетите отсюда, то перестанете меня видеть! Откуда же Вам будет известно, чем я здесь останусь заниматься? Может быть, я танец живота танцевать начну… как Вы об этом сможете узнать?

Цапля‑у‑Кромки‑Воды задумалась, походила по берегу взад‑вперёд, но ничего не придумала. По всем статьям получалось, что она и правда не сможет наблюдать за своим отражением, если улетит. А стало быть, не сможет и знать, чем отражение это в её отсутствие занимается. Но вместо того чтобы так и сказать, она воскликнула:

– Никакой танец живота Вы танцевать не начнёте… по крайней мере, до тех пор, пока я не начну! Потому как Вы полностью зависите от меня. Что я буду делать, то и Вы!

– А вот и не буду, – обиделась Цапля‑на‑Поверхности‑Воды и отвернулась.

Цапля‑у‑Кромки‑Воды тоже хотела немедленно отвернуться, но не смогла, потому что если бы она отвернулась, то перестала бы видеть своё отражение.

– Понятно? – спросила Цапля‑на‑Поверхности‑Воды. – Вот Вам и доказательство того, кто из нас от кого зависит! Когда Вы перестанете видеть меня, Вы вообще не будете знать, существуете или нет. Да Вы и существуете только до тех пор, пока видите меня!

Последнее замечание настолько вывело Цаплю‑у‑Кромки‑Воды из себя, что она всё‑таки отвернулась. Отвернулась и, конечно, тут же перестала видеть своё отражение. И очень растерялась. И, не поворачивая головы, громко спросила:

– Эй, Вы… в воде, что Вы там делаете?

Ответа не было.

– Что Вы там делаете? – повторила Цапля‑у‑Кромки‑Воды. – Я серьёзно спрашиваю!

Вода молчала.

Цапля поспешно обернулась: никакого отражения перед ней не оказалось. Отражение её вышагивало далеко в стороне – причём двигаясь в направлении от берега. С той кромки, где всё ещё стояла Цапля, отражение это было уже плохо различимо. Тем не менее Цапля заметила, что несколько перышек на его хвосте в полном беспорядке.

– Погодите! – закричала она вслед бывшему своему отражению и тоже заспешила в направлении от берега. – Не уходите так быстро… мне надо поправить несколько перышек на хвосте!

Тут бывшее её отражение взмахнуло крыльями и полетело – причём в обратную сторону, к берегу. Тогда и Цапле тоже пришлось взмахнуть крыльями и лететь вслед. С большим трудом нагнав бывшее своё отражение у самой кромки воды, она сказала задыхаясь:

– Ну, хорошо, хорошо! Таких грациозных птиц, как мы с Вами… – тут Цапля сделала паузу, потому что на самом деле у неё язык не поворачивался сказать такое, – …на свете и правда раз‑два и обчёлся.

Тогда её отражение остановилось и ответило:

– Вот это совсем другое дело. Вот теперь поправляйте, пожалуйста, свои перышки, я обещаю стоять спокойно!

Цапля аккуратно поправила перышки на хвосте и на всякий случай ещё раз осмотрела себя со всех сторон, вперив глаза в водную поверхность. Что ж… наконец всё опять выглядело вполне и вполне опрятно – потому, замерев у кромки воды, Цапля снова принялась (сначала про себя, а потом вслух) размышлять о невероятной своей красоте.