ШОКОЛАДНЫЕ ЯЙЦА И ШОКОЛАДНОЕ ЯЙЦО

Вообще‑то, каждый знает, как заранее угадать, что за секрет спрятан в шоколадном яйце. Конечно, не точно угадать, но хоть приблизительно… Для этого шоколадное яйцо трясут около уха и слушают: раздаётся оттуда стук или нет. Если раздаётся – значит, там какие‑то детали, из которых потом надо будет самому что‑нибудь собирать… например, машинку или самолет, или – еще лучше! – зверя доисторического. Они все обычно в яйце разобранными лежат… например, у зверя – голова отдельно, тело отдельно, ноги отдельно! Но, конечно, лучше всего, если из яйца никакого стука не раздаётся: значит, там целая фигурка. Фигурки эти кол‑лек‑ци‑о‑ни‑ру‑ют и устраивают всякие выставки, так что если кому такое яйцо досталось, – считай, повезло!

Из нашего же Шоколадного Яйца стука не раздавалось, а раздавался… писк. Конечно, если потрясти, потому что если не трясти, то ни из какого шоколадного яйца ничего не раздастся! А тут – писк раздавался, только очень тихий. И когда стали распределять шоколадные яйца, всем, конечно, хотелось получить именно то, что с писком внутри. Но распределение на сегодня закончилось, а это Шоколадное Яйцо так никому и не досталось: продолжало лежать рядом с другими – теми, из которых стук раздавался, и теми, из которых ничего не раздавалось.

Полежали они полежали и начали делиться друг с другом тайнами: шоколадные яйца – между нами говоря – ужасные болтуны. Вот уж кому точно никогда никаких тайн доверять нельзя: всё равно всё выболтают – не успеешь нажать на них посильнее.

И вот какие начались, стало быть, разговоры:

– Если Вы никому ни слова, я Вам расскажу, что во мне спрятано… Маленькая такая черепашка, у которой в руке труба. Сама черепашка зелёненькая, а труба красная. Только Вы поклянитесь, что ни‑ко‑му!

– Конечно, клянусь! – громко восклицали в ответ.

– Это в чём же Вы там клянётесь, позвольте поинтересоваться?

– Я клянусь в том, что никому не расскажу, что у моего соседа внутри такая маленькая черепашка, у которой в руке труба! Сама черепашка зелёненькая, а труба красная!

– А у Вас‑то самого что внутри? – кричали с дальнего конца стола. – Мы, честное слово, не проболтаемся!

– У меня колечко с маленьким синим камнем, только об этом ни гу‑гу!

– Разумеется, ни гу‑гу! – надрывались в ответ. – Я вот тоже никому не говорю, что у меня внутри динозавр с разинутой пастью.

– Динозавр? – ужасались все вокруг. – А выглядите Вы так безобидно, словно у Вас внутри цветок‑ромашка!

– Цветок‑ромашка, – отзывались с совсем другого конца стола, – находится во мне, только этого никто не должен знать!

– Никто и не знает! – успокаивали его.

Вскоре тайн ни у кого ни от кого больше не было… кроме, пожалуй, одного‑единственного шоколадного яйца, из которого, если его потрясти, раздавался писк.

– А Вы чего про себя всё скрываете? – начали приставать к нему. – Страшно хотелось бы знать, что у Вас внутри, разрази нас гром – никому не скажем!

– У меня внутри… – помедлило Шоколадное Яйцо, – у меня внутри большой сюрприз.

– Тут у каждого внутри большой сюрприз! – ответило Шоколадное‑Яйцо‑с‑Динозавром. – Мой, например, называется динозавр, но это, конечно, секрет от всех. – Тут оно немножко помолчало и вдруг сообщило: – А когда Вас потряхивали, я слышало писк.

– Наверное, Вам просто показалось, – растерялось Шоколадное Яйцо.

– Сперва и я так подумало, – призналось Шоколадное‑Яйцо‑с– Динозавром. – Потому как чтоб шоколадные яйца пищали – такого пока никто не слышал. Но потом я прислушалось повнимательнее… и, могу поклясться, услышало настоящий писк. Я ещё спросило само себя: «Что бы это могло значить?» – но ответа от себя так и не получило. – Тут оно помолчало и добавило: – От себя не получило, а от Вас надеюсь получить.

Шоколадное Яйцо задумалось. А задумалось вот о чём: остаётся ли сюрприз сюрпризом, если о нём рассказать? Тут ведь, понятно, есть о чём задуматься! Потому что никто же не говорит: «У меня для тебя сюрприз вот в этой коробочке: откроешь её, а там леденцы!» – все просто говорят: «У меня для тебя сюрприз вот в этой коробочке…» – и умолкают! А уж какой сюрприз– это тебе, дескать, ещё предстоит увидеть! В том‑то самое интересное и есть…

– Знаете, – хорошенько подумав, сказало Шоколадное Яйцо, – я всё‑таки не скажу Вам, что у меня внутри. А то потом неинтересно будет.

– Ну и не говорите, – обиделись другие шоколадные яйца, а одно из них даже добавило: – Это потому, наверное, что в Вас вообще никакого сюрприза нет – один писк и есть!

– Конечно, конечно! – закричали остальные. – Нету в нем ни чего, а если есть, то что‑нибудь такое… о чём и говорить‑то стыдно!

…а на следующий день новая ватага детей получила в подарок оставшиеся шоколадные яйца. Шоколадное‑Яйцо‑с‑Писком досталось Самому Маленькому, который тут же и принялся вскрывать его, а прочие шоколадные яйца затаили дыхание.

Не успел Самый Маленький открыть Шоколадное Яйцо, как оттуда с шумом выпорхнул шоколадный птенец, полетал по комнате и весело сиганул прямо в открытое окно.

– Ну и сюрприз! – рассмеялись шоколадные яйца. – Птенец… кто ж не знает, что из каждого яйца может вылупиться птенец? Какой это сюрприз, в самом‑то деле!

Только Самый Маленький все глядел и глядел в открытое окно, куда улетел его шоколадный птенец из Шоколадного Яйца. От такого можно было бы и заплакать, но Самый Маленький терпел и не плакал. Скорее всего, он знал, что сюрприза большего, чем этот, в жизни его не будет никогда.